Петр Николаевич Мещанинов

public profile

Is your surname Мещанинов?

Research the Мещанинов family

Петр Николаевич Мещанинов's Geni Profile

Records for Петр Мещанинов

905 Records

Share your family tree and photos with the people you know and love

  • Build your family tree online
  • Share photos and videos
  • Smart Matching™ technology
  • Free!

Петр Николаевич Мещанинов

Birthdate: (62)
Death: November 18, 2006 (62)
Moscow, город Москва, Russia
Place of Burial: Москва, Россия
Immediate Family:

Son of Николай Петрович Мещанинов and Private
Husband of Private
Half brother of Private

Occupation: пианист, теоретик музыки
Managed by: Иван Александров...
Last Updated:
view all

Immediate Family

О Петр Николаевич Мещанинов (русский)

Из интервью С.А. Губайдулиной

— Какие ценности вы восприняли от вашего супруга, Петра Мещанинова?

— Петр Николаевич очень много мне дал в музыкальном отношении. Я хочу напомнить, что он был не только ученым, но и прекрасным пианистом с уникальным ощущением темпов и фразировки, особенно в музыке Баха.

Что касается науки, я была совершенно поражена его элементарной эволюционной теорией музыки — самим масштабом работы, сложностью структур, видением интервальной эволюции вплоть до седьмого обертона. Он разрабатывал путь к этому состоянию музыки, искал причины развития интервальной ткани. Ему хотелось дойти до конца, и чисто математически он это сделал. Но не успел сформулировать словесно. Теоретики, которые сейчас работают над наследием Петра Николаевича, планируют издать начало и середину его концепции. Конец, к сожалению, невозможно разгадать.

Действительно, с удивлением я обнаружил отсутствие Мещанинова в последнем учебнике МТС - того, что несомненно преподавалось самим Холоповым в курсе МТС и было в его методичке (в обоих изданиях). В первом издании (МТС. Методическая разработка. М., 1982) теория Мещанинова на сс.54-56.

Многие положения теории Мещанинова (матрицы интервальных систем - сплошь мещаниновские) Вы найдете в "Гармонии" Холопова, в гл.8 "Роды интервальных систем", начиная с раздела 9 (в сером учебнике это сс.139, 147, 155, 157).

В "Музыкальной Академии" № 1 за 2007 год на с.188-189 опубликован материал Андрея Хитрука "Незавершённый гений" памяти Петра Мещанинова. Привожу цитату со с.189 (правая колонка): "...Я предложил ему обсудить... идею: воздействие Баха на все последующие музыкальные стили". Неожиданно для меня он охотно согласился... Мне удалось... напечатать расшифровку этой беседы в "Советской музыке" (по-видимому, это было после 1990 года -Четвертитончик)... С... пониманием отнёсся к этому материалу...Ю.Петров, настоявший на его публикации в сборнике научных трудов Института Гнесиных, посвящённом баховскому творчеству..."

Особого упоминания заслуживает композиция Альфреда Шнитке «Поток» (1968). Главным объектом композиторской работы в данном сочинении стал звук, с которым композитор работал на акустическом микроуровне, структурируя материал на уровне микротемперации и микродинамики. Петр Мещанинов, осуществлявший техническое воплощение проекта, рассказывал о технологии сочинения «Потока»: «Материалом является один звук - До контроктавы, с его обертонами по 64-й включительно. Весь обертоновый ряд этого звука излагается в виде нескольких канонов, так что в процессе развертывания появляются все новые микрополифонические комбинации. По мере приближения к кульминации они сползают вниз, причем, поскольку играется обертоновый ряд, расширяющийся книзу, до октавы (то есть первого интервала обертонового ряда), происходит как бы растяжение основного ряда тонов. В кульминации обертонового спектра развивается единый ультразвук. Момент видения всего обертонового потока как единого сверхзвука (в понимании наибольшей простоты) — и является кульминацией всего сочинения. Далее наступает срыв. Картина прихода и ухода символизируется, таким образом, сопоставлением единого сотворенного звука и насыщенного раствора его обертонов. Итак, единственным объектом композиции является один звук, а различные методы тембровой обработки этого звука составляют целостную модель сочинения». (Цит. по тезисам докт. диссертации Ирины Хархуто).

Все свободное время Мартынов проводил в Студии электронной музыки при Музее Скрябина, существовавшей в Мо­скве с 60-х годов. Это место было ­на­стоящей подпольной лабораторией, где Шнитке, Денисов, Губайдулина и другие новаторы проводили авангардные эксперименты, а ученый композитор Петр Мещанинов моделировал 72-ступенный ряд.

В 1938 г. Е.Мурзин предложил проект универсального синтезатора звуков «АНС». Назван в честь Александра Николаевича Скрябина «АНС»

Проект был представлен Янковскому Б. А. и проф. Гарбузову Н. А. в Московскую консерваторию.

Действующий макет был построен лишь в 1958 году. Впервые в истории музыки стало возможным свести воедино три процесса: сочинение, запись и исполнение. Использовался уникальный оптический метод синтеза. В октаве АНС — 72 звука

Макет строился более 10 лет в коммунальной квартире, на деньги изобретателя, в нерабочее время.

1-й вариант инстумента — 576 чистых тонов, перекрывающих диапазон 42-10800гц., 8 октав, 72-х ступенная темперация, 4 оптических диска, каждый диск — 144 дорожки (2 октавы), диаметры 120-30 мм, ширина 0,31 мм, скорости вращения: 12, 3, 3/4, 3/16 об/сек.

2-ой вариант инструмента 720 чистых тонов, диапазон 21гц-21,6 кгц (10 октав), 5 оптических дисков, скорости: 24, 6, 6/4. 6/16, 6/64 об/сек.

Отработка органов управления инструмента и экспериментальная работа проводилась при участии композиторов Артемьева Э. Н. и Крейчи С. А.

В числе первых композиторов на АНС работали Николай Никольский и Петр Мещанинов.

В1959 г. АНС был установлен в доме-музее Скрябина. Позднее на его базе была создана первая в СССР студия электронной музыки, в которой начинали или какое-то время работали такие известные композиторы и теретики, как Шнитке, Губайдулина, Артемьев, Крейчи, Немтин, Мещанинов.

Первые сочинения, созданные на АНС были исполнены в 1961 г. на выставках в Лондоне и Париже

Князь Андрей Волконский. Партитура жизни: Дубинец, Е. - 2010 - Страниц: 382

Петр Мещанинов считал, что история музыки развивается в соответствии с обертоновым звукорядом: сначала унисон, потом органум, затем октавное удвоение, затем квинта появляется, секстаккорды. Как Вы относитесь к его теории? - Отчасти она справедива, но с сильной поправкой. Все это не имеет никакого отношения к обертонам. Делили струну и все пропорции интервалов исходили из деления струны. (стр 144).

Еще в 60-х годах на базе Музея Скрябина под руководством физика Евгения Мурзина была открыта «Московская электронная студия». Работая рука об руку с Эдисоном Денисовым, Альфредом Шнитке, Эдуардом Артемьевым, София Губайдулина освоила акустическое устройство звука. На с. 127 разбираемой книги приведен музыкальный автограф: отрывок из единственного электронного сочинения Губайдулиной «Vivente – non vivente» (1970), показывающий ее работу с натуральными и искусственными звуками. Не менее значимым результатом работы Софии в Электронной студии стало для нее и знакомство в 1969 году с пианистом и музыкантом-теоретиком Петром Мещаниновым (впервые они встретились там же в 1962 году). Встреча стала для нее судьбоносной.

В 1969 году Мещанинов сделал доклад, произведший на Губайдулину огромное впечатление: он изложил собственную теорию, показавшую историческое развитие гармонии в музыке по единому закону. Желая разобраться в этой идее основательнее, она пригласила коллегу к себе домой. Предметом бесед композитора с теоретиком стали также реккурентные математические ряды (особенно «числа Фибоначчи»), которые С.Г. начала активно вносить в свои композиции. Они коренным образом повлияли на все ее дальнейшее творчество.

Губайдулина хранит чувство благодарности первым, самоотверженным исполнителям, вынесшим ее музыку на высокие концертные подмостки. Курц представляет этот ряд: 1972 – «Музыку для клавесина и ударных из коллекции Марка Пекарского» сыграли Борис Берман и Марк Пекарский (последнему посвящена целая зона творчества Губайдулиной), в «Detto-2» солировала виолончелистка Наталья Шаховская; 1973 – вокальный цикл «Розы» на стихи Геннадия Айги спела Лидия Давыдова; 1974 – кантату «Рубайят» исполнили уникальный певец Сергей Яковенко и дирижеры – сначала Геннадий Рождественский, потом Петр Мещанинов (ему же принадлежит впечатляющая дирижерская интерпретация Концерта для фагота – в 1976);

В 1990-91 годах предельно накаляется ситуация в стране, заставившая Губайдулину стремительно принять ранее непредсказуемое, чрезвычайное решение – уехать в Германию. Курц эпически повествует: в феврале 1990 года потребовала независимости Литва, с марта была отменена руководящая роль кпсс и открылся путь к многопартийной системе, в августе наступил конец цензуры для прессы. С осени исчезли хлеб, молоко, предметы первейшей необходимости. Чтобы добывать средства к существованию, приходилось терять много времени. Стали появляться мысли о конце света… Сильно обострилась криминальная обстановка, стало опасно ходить по улицам и по лесу, где Губайдулина часами обдумывала свои сочинения. Ближайший друг Петр Мещанинов подвергся нападению и ограблению по пути на дачу.

В 1992 году София окончательно поселилась в местечке Аппен-Унтерглинде под Гамбургом, в доме с маленьким прудом и большим камнем, что напоминало ей о японском саде. Ростропович подарил ей отличный рояль – «Стенвей». Но поселилась она не одна. В августе 1991 года в Москве София заключила брак с Петром Мещаниновым. Тесное личное общение объединяло их еще с 1973 года. Это был давний надежный друг, с полным творческим ее пониманием, исполнитель ее сочинений в качестве пианиста и дирижера, постоянный советчик в отношении математических законов музыкальной композиции. Теперь он стал ей опорой и в жизненных делах вне родины, в чем она чрезвычайно нуждалась.

14-17 апреля 2008 г., понедельник – четверг. Конференц-зал I Международная научная конференция «Наследие: русская музыка – мировая культура» Е. М. Двоскина (Государственный институт искусствознания) Петр Мещанинов: неизвестные материалы творческой биографии (конец 1960 – начало 1970-х гг.)

Флейта водосточных труб Фестиваль музыки Софии Губайдуллиной закрылся двумя экзотическими премьерами В Большом зале Консерватории не открывали второй амфитеатр, но публики было достаточно. И хотя между публикой и музыкантами за неделю установилось определенное психологическое равновесие, удивления и неожиданностей хватило -- даже с избытком.

София Губайдуллина провела с московскими слушателями определенную «разъяснительную» работу. Если оставить в стороне официальные знаки признания и почтения, которые живому классику полагаются «по должности», то с музыкальной точки зрения фестиваль выглядел во многом как экскурсия по «Зазеркалью» классического авангарда. Те, кто прошел хотя бы половину этой экскурсии и пусть невнимательно, но слушал то, что там играли, уже привыкли как к норме к звукам диковинным, странным, булькающим и будоражащим темные слои подсознания. Поэтому когда выяснилось, что на сцене сидит не один струнный оркестр, а два -- как зеркальные звуковые отражения друг друга -- и настроены они в четверть тона, то есть с максимальным попаданием именно в «фальшивый» тон (если измерять звук мерками стандартной классики), -- ничего особенного с залом не произошло.

Но когда флейтист Олег Худяков вышел не с одной, а сразу с четырьмя флейтами -- маленькой игрушечной свистулькой «пикколо», обычной, а также увеличенной альтовой и басовой, вправду напоминающей действующую модель водосточной трубы... Когда он заставил каждый из этих инструментов издавать потусторонние звуки в «Музыке для флейт и струнных», то на галерке (за спиной у восхищенных ценителей) начал раздаваться нервный шепот случайных посетителей Консерватории: «Бредятина...» -- естественная реакция на новизну, пугаться которой Губайдуллина своих верных слушателей постепенно отучила.

Второй экзотический проект шел сразу за первым: тут уже и удивляться было некогда. Тот же набор струнных, поделенный на два зеркально отраженных оркестра; тот же расщепленный звуковой строй в четверть тона, от которого в ушах начинает «двоиться»; тот же дотошный и неистово точный дирижер Петр Мещанинов. Но к ним добавилась японка Казуе Саваи, с шаманской энергией игравшая на трех разных звуковых орудиях. Это были кото, бас-кото и шен: два японских и один китайский инструмент, внешне очень похожие на перевернутую рыбацкую лодку, а по сути отдаленно напоминающие то, что в европейской традиции бродячих музыкантов называлось «цимбалы», в России -- «гусли звончатые», а в Индии сопровождает до сих пор исполнение классической раги, -- струны на резонаторе, издающие ноющий, жестковато-металлический звук. Этот звук организован и расписан Софией Губайдуллиной так, что напоминает в первом приближении тихую перекличку цикад или древесных лягушек. Но по ходу дела, когда Казуе Саваи берет в руки тяжелый контрабасовый смычок и из всех сил дерет им струны, издавая некое подобие «подземного гула», музыка начинает жить своей жизнью, завязывается вполне классическая инструментальная драма, где, однако, нет «положительных» и «отрицательных» персонажей и каждый оркестровый голос по-своему прав. В этой драме событием является не тема, а сам звук: он бывает «живой» или «мертвый», анестезирующий или причиняющий боль, и события идут не подряд, одно за другим, а как во сне -- в непредсказуемом порядке и с «пустотами», чтобы можно было «сверить» каждую новую звуковую находку с тишиной.

Слоистая звуковая масса оркестра то накрывает японские гусли с головой, как пуховым одеялом, то начинает с ними спорить и довольно агрессивно настаивать на своем, то превращается в тяжелые столбы медных аккордов -- символ логичного, но безжизненного порядка. И все это для того, чтобы в конце -- после шикарной, почти романтической бури с завываниями ветра и раскатами грома -- вдруг устало замолчать. Музыка написана так, что отзвук, резонанс этого «щипаного», жесткого голоса длится гораздо дольше, чем сама партитура Губайдуллиной.

Трудно предположить, будет ли таким же долгим и отзвук самого фестиваля Софии Губайдуллиной. По крайней мере, российская публика теперь в курсе того, как пишется новая классика, как выглядит новейшее музыкальное «Зазеркалье», -- и уже не сможет сказать, что она этого не слышала.

Артем ВАРГАФТИК

«Музыка, есть услышенное и реализованное звучание Мира» Разговор Софии Губайдулиной с Игорем Ганиковским. 24.06.2007

И. И последнее, что хотел у вас спросить, сумел ли Петя (Петр Мещанинов, дирижер, исполнитель, теоретик музыки, муж Софии Губайдулиной – И. Г.) завершить книгу, над которой работал всю свою жизнь? И. Г. К несчастью, нет. Это фундаментальное исследование, очень глубокое, он пытался в нем достичь снежных вершин, он очень хорошо работал... Буквально перед смертью он мне говорил, что теперь осталось только записать... Но не записал. Осталось конечно много материалов в компьютере, числа, матрицы... И. Г. Можно ли найти человека, который мог бы все это обработать? С. Г. К сожалению, нет такого человека на свете - второго такого исследователя не может быть… Вы не представляете пропасть, которая отделяла Петю от любого самого продвинутого теоретика сейчас. Мне представляется, может быть, более правильным, собрать все материалы и поместить их в фонд Пауля Захера, до востребования. Просто я боюсь, что даже очень серьезные теоретики могут в этом запутаться... Например у него есть целые папки с названиями «Операторы» или «Матрицы», об этом никто и не слышал, а ведь за этим стоит очень важное для музыки. И. Г. Убежден, что не только для музыки. Существуют общие законы : и музыка и наука - все связано... С. Г. Вообще это очередная трагедия русской культуры… Не удается русским дойти до конца... И. Г. У меня иногда бывает ощущение, что кто-то тебя не пускает. На тебя набрасывается непонятно откуда взявшийся страх, когда стоишь перед новой «дверью», не знаешь, что за ней - свет или кромешная тьма. Может быть, и Петя приблизился к слишком важной «двери»… Люди порой наказываются, когда хотят узнать что-то, чему еще не пришло время войти в наш мир.

Комментарий И.А. Александрова: Около 2010 года София Губайдулина предала архив Пети Мещанинова в библиотеку Московской Консерватории. Им собирались заниматься Григорий Иванович Лыжов и Елена.Марковна Двоскина из МГК.

Софья Губайдуллина Свекольный блюз София Губайдулина ...

“Закрытый вариант”. Хорошо. Пианист светлановского оркестра Петр Мещанинов берет наши с Денисовым партитуры, сам набирает оркестрантов — причем к нему идут все сливки Госоркестра. Репетируют. А за три дня в союзе берут и вычеркивают наши фамилии! Официоз убивал в нас всякую надежду слышать себя, а как сочинять дальше, не чувствуя реакции публики?

Губайдулина - Сочинения для фагота - 6 Апреля 2010 ... 6 апр 2010 – Петр Мещанинов. Рус. симфонический оркестр. сканы внутри! внимание:также есть интересное исследование (текст.док.) "Числовые ...

исполнители:
Валерий Попов - фагот
Михаил Бочков - фагот
Александр Бахчирев - ф-но
Наташа Гигашвили - альт
дир.Валерий Полянский,
Петр Мещанинов
Рус. симфонический оркестр
сканы внутри!
внимание:также есть интересное исследование (текст.док.) "Числовые фантазии    о ритме формы в композ. структуре соч. С.Губайдулиной"

База выпускников / Все / Мещанинов Петр Николаевич Мещанинов Петр Николаевич

Отделение: фортепианное

Годы обучения: 1959 - 1963

Дата рождения: 01.01.1944

Саратовская государственная консерватория (академия) им. Л.В. Собинова 2-4 декабря 2010 г. НАУЧНЫЕ ЧТЕНИЯ имени Б.Л. Яворского

ПРОБЛЕМЫ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТВОРЧЕСТВА Лыжов Григорий Иванович (Москва, МГК) О теоретической концепции П.Н. Мещанинова

view all

Петр Николаевич Мещанинов's Timeline

1944
July 9, 1944
2006
November 18, 2006
Age 62
Moscow, город Москва, Russia
????
Москва, Россия