Jan Stanislaus Francis Cherski

public profile

Is your surname Cherski?

Research the Cherski family

Jan Stanislaus Francis Cherski's Geni Profile

Share your family tree and photos with the people you know and love

  • Build your family tree online
  • Share photos and videos
  • Smart Matching™ technology
  • Free!

Jan Stanislaus Francis Cherski

Belarusian: Ян Чэрскі, Lithuanian: Jonas Stanislovas Pranciškus Čerskis, Polish: Jan Stanisław Franciszek Czerski, Russian: Иван Дементьевич Черский, French: Jan Tchersky
Also Known As: "Ян Доминикович Черский"
Birthdate:
Birthplace: Svolno manor, Vitebsk governorate, Lithuania, Russian Empire
Death: June 25, 1892 (47)
Устье р. Омолон, Якутия, Russian Federation
Place of Burial: Колымское, Нижнеколымском район, Якутия, Russian Federation
Immediate Family:

Son of Dominik Cherski and Xenia Cherska
Husband of Mavra Pavlovna Cherskaya
Father of Alexander Ivanovich Cherski and N1881 Čerskytė
Brother of Michalina Douglas

Occupation: Geologist, Paleontologist, Naturalist and Explorer of Siberia, lietuvių bajoras, 1863 metų sukilėlis, tremtinys, keliautojas ir atradėjas, geologas, speleologas, paleontologas ir geografas, tyrinėjęs Sibirą ir Tolimuosius Rytus
Managed by: Private User
Last Updated:

About Jan Stanislaus Francis Cherski

John Stanislav Francis Cherski (Jonas Čerskis - in Lithuanian; Jan Czerski in Polish; Иван Дементьевич Черский - in Russian; Ян Чэрскі - in Belorussian) was born in 3 May 1845 in Swolna (Svalna - in origin. Lithuanian) – died in 25 June 1892 nr. Kolyma, Russia; was a Lithuanian paleontologist, osteologist, geologist, geographer and explorer of Siberia. He was exiled to Transbaikalia for participating in the Lithuanian uprising of 1863. A self-taught scientist, he eventually received three gold medals from the Russian Geographical Society, and his name was given to a settlement, two mountain ranges, several peaks and other sites. He authored the first map of Lake Baikal.

Son of Dominik and Xenia Czerski. His father was from the old Lithuanian Noble Family ("Rawa" coat of arms), he was born in the then Vitebsk Governorate of the Russian Empire (now in Vitebsk Region, Belarus). His first name John (Jonas - in Lithuanian, Jan - in Polish) was given to him in the memory of his Grandfather and the third name Francis - in the memory of his Great Gradfather. Both were the cavalry officers (Rittmeisters) of the old Lithuanian Army before the anexation of this part (Drissa region) of Lithuania in 1772 by Russia.

At the age of 18, as a high-school student of the Lithuanian Noble Institute in Vilnius, John Cherski took part in the Lithuanian January Uprising (1863–1864). He was captured and taken prisoner on 28 April 1863, and then stripped of his noble status, his family land properties in Svalna (Svalna-Šipilainė in Lithuanian) confiscated and repossessed by another family member loyal to the occupational Russian government. John Cherski was then forcibly conscripted into the Russian Army and sentenced to be exiled to Siberia in Blagoveshchensk near the Amur River. He never made it to Blagoveshchensk, but was detached instead to serve in a formation near Omsk. During this time he was befriended by several Lithuanians and Poles living in exile in the Omsk region, including: Marczewski and Kwiatkowski, as well as a Russian geographer, Grigory Nikolayevich Potanin. Under their influence, he became interested in the natural history of the region. They provided him with literature on Siberia and the natural sciences, so that during his free time he was able to educate himself and carry out his first research.

After release from the army in 1869, he was not given permission to return home, and became a political exile. He was refused entry to university; his publications and his first attempt to join the Russian Geographical Society were also rejected. For the next two years he was forced to work as a teacher in Omsk, having been denied the right to leave the area.

In 1871 he received permission to move to Irkutsk where he met other Lithuanian exiles, turned scholars. With their help he was able to join the Russian Geographical Society. He secured a job at a local museum and took part in several expeditions, gaining both experience and prominence. He took part in expeditions to the Sayan Mountains, Irkut River Valley and the Lower Tunguska River. During four expeditions (1877–1881) J. Cherski explored the valley of the Selenga river and published a study on Lake Baikal, explaining the origin of the lake and presenting the geological structure of East Siberia. Perhaps the most notable of these expeditions was to study of the geological structure of the coast of Lake Baikal. The result was the first geological map of that coast, for which Cherski was awarded a gold medal by the Russian Academy of Sciences. He received three medals in total during his career. He received an international award from the University of Bologna, Italy. J. Cherski later put forward the idea for the development of topographic reliefs (1878) and produced one of the first analyses of the tectonics of central Asia (1886) and pioneered geomorphological evolution theory.

In 1878 he married Marfa Pavlovna Ivanova, a native of Siberia. In 1883 he was pardoned by the Russian government, and later regained his nobility status. He lived in Irkutsk until 1886, working in the east-Siberian section of the Russian Geographical Society. In 1886, he fell ill with progressive tuberculosis and partial paralysis. He was allowed to move to Saint Petersburg, where he joined the St Petersburg Science Academy. Despite his failing health he took time during his travel from Irkutsk to Petersburg to carefully document the geological details along the way. During this period he was appointed head of an expedition to explore the Yana, Indigirka and Kolyma river basins. He collected and catalogued over 2,500 ancient bones, publishing a large work on Quaternary Period mammals in 1888, followed by an even larger work on Siberian mammal fossils in 1891.

He died on 25 June 1892 during an expedition to the Kolyma, Yana and Indigirka Rivers. He was buried near the Omolon River.

About Ян Чэрскі (Belarusian)

Іван Дзяменцьевіч Чэрскі, Ян Дамінікавіч Чэрскі (1845-1892) — геолаг і географ, даследчык Сібіры. Wikipedia BE

Apie Jonas Stanislovas Pranciškus Čerskis (Lietuvių)

Jonas Stanislovas Pranas Čerskis (1845-1892) – lietuvių bajorų kilmės keliautojas ir atradėjas, geologas, speleologas, paleontologas ir geografas, tyrinėjęs Sibirą.

Gimė silpnas ir buvo pakrikštytas Valinčiaus šv. Jurgio Zabielų bažnyčios kunigo Erazmo Babrausko savo gimtuose namuose – Svalnos dvare, 1845 m. gegužės 18 dieną. Tų pat metų rugpjūčio 16 d. krikštynos pakartotos, taip pat Svalnos dvare. Mokėsi Vilniaus I-oje gimnazijoje ir Bajorų institute. Už dalyvavimą 1863–1864 m. sukilime buvo atiduotas į rekrutus ir ištremtas į Omską. Omske išaiškėjo jo gabumai geologijai ir zoologijai. Omske jis parašė pirmąjį mokslinį straipsnį apie vietos apylinkių geologinę struktūrą. Gyvendamas Sibiro tremtyje, trejus savo veiklos metus paskyrė Rytų Sajanų urvams, sugebėjo geologiškai ištirti apie tūkstančio kvadratinių kilometrų plotą. 1871 m., paleistas iš kariuomenės, nuvyko į Irkutską jau būdamas savamokslis kraštotyrininkas. Rusijos geografų draugijos Rytų Sibiro skyrius Irkutske jį išugdė mokslininku. Čia jis tapo žymaus geologo ir geografo Aleksandro Čekanovskio padėjėju ir mokiniu. Zoologijos jis mokėsi iš politinio tremtinio, buvusio Varšuvos vyriausiosios mokyklos profesoriaus B. Dibovskio.

1871 m. su bendradarbiu N. Gartungu Irkutske aptiko paleolito epochos meno dirbinių. Tai pirmasis toks radinys Sibire. 1875 m. trečiosios ekspedicijos metu kompleksiškai ištyrinėjo ir aprašė Nižneudinsko urvą, o po metų, ketvirtosios ekspedicijos metu – Balagansko urvą, Chamar Dabano kalnagūbrį. Vienoje Bogatyrskajos urvo oloje aptiko senovės žmonių urvų meno pėdsakų – ant skliauto buvo bėgančio elnio piešinys. 1877–1880 m. ištyrė Baikalo ežero krantus, sudarė jo geologinį žemėlapį. 1891 m. dalyvavo ekspedicijoje Indigirkos ir Kolymos paupiais. Kiekvienais metais Rusijos geografų draugijos Sibiro skyriui pateikdavo preliminarias ataskaitas su daugybe reljefo detalių, piešinių, uolienų, mineralų pavyzdžių.

Žymiausias Čerskio mokslinis pasiekimas – mumifikuotos faunos atradimas Nižneudinsko urve. Didžiausia šio atradimo sensacija buvo išnykusių žinduolių naujos rūšies – Nižneudinsko šuns (lot. Cuonnis neudensis) atradimas. Rusijos geografų draugija jį apdovanojo mažaisiais sidabro ir aukso medaliais (1876 m. ir 1878 m.), auksiniu Litkės medaliu (1886 m.)

Nutraukęs ryšius su Rusijos geografų draugijos Sibiro skyriumi, 1882 m. dirbo meteorologu steigiamoje Žemutinės Tunguskos stotyje. Po metų grįžo pas gimines netoli Irkutsko. 1885 m. Rusijos Mokslų Akademijos kvietimu pradėjo darbą Peterburgo zoologijos muziejuje. Jame dirbdamas aprašė savo ir kitų ekspedicijos dalyvių surinktą medžiagą. 1891 m. su šeima išvyko į trejų metų ekspediciją tirti Indigirkos, Kolymos ir Janos upių baseinų. Darbas ekspedicijoje palaužė sveikatą ir antraisiais darbo metais jis mirė. Palaidotas Kolymskojės gyvenvietėje, kairiajame Kolymos upės krante, priešais Omolono žiotis.

Sergejaus Obručevo siūlymu, per paskutinę Čerskio ekspediciją atrastas kalnagūbris, didesnis už Kaukazą, aukštesnis už Uralo kalnus, buvo pavadintas Čerskio vardu. Jo garbei Jakutijoje pavadintas kalnynas, ir gyvenvietė. Lietuvoje jo atminimas įamžintas gatvės pavadinime Vilniuje.


Tikrasis Jonas Stanislovas Pranciškus Čerskis (1845-1892) Lietuvių bajoras ir 1863 metų lietuvių sukilimo dalyvis, vėliau Sibiro tremtinys, jokių čia išvardintų brolių niekada neturėjo. Tai liudija ne tik paties Jono Čerskio išlikę laiškai, bet ir kiti dokumentai.

Šis profilis negali būti "oficialus" ("Master Profile" arba MP) garsaus lietuvių geologo ir Kolymos tyrinėtojo Jono Čerskio profilis, nes jame yra klaidinanti ar net dirbtinai melaginga informacija, apie niekada neegzistavusius net tris Jono brolius.

Taip pat šis dirbtinai sudarytas Jono Čerskio "giminės medis" yra netikslus, nepilnas ir vietomis net melagingas (pvz.: jo tėvas Dominykas tikrai negimė Brazilijoje, o jo senelio, Lietuvos kariuomenės kavalerijos karininko Jono Čerskio tėvas, buvęs Lietuvos provincijos Livonijoje, Parnavos (Pernu - Estija) medininkas, ir taip pat Lietuvos kariuomenės kavalerijos karininkas, buvo vardu Pranciškus, o ne joks "Tomas".). Apie tai buvo informuoti šio puslapio administratoriai dar prieš metus, bet jie nurodytų klaidų neištaisė, ir nepateikė absoliučiai jokių įrodymų, apie tuos tariamus 3 Jono Čerskio "brolius".


Jonas Čerskis (lenk. Jan Czerski; rus. Иван Дементьевич Черский; 1845 m. gegužės 15 d. Svalnoje, Vitebsko gubernija – 1892 m. birželio 25 d. Kolymskoje, Sibiras) – lietuvių bajorų kilmės 1863 metų sukilėlis, Sibiro tremtinys, keliautojas ir atradėjas, geologas, speleologas, paleontologas ir geografas, tyrinėjęs Sibirą.

Biografija

Gimė Svalnoje (Svalnos-Šipilainės, lenk. Swolna Szypilowszczyzna polivarke, kurį iš savo brolio Antano Čerskio paveldėjo Jono Čerskio senelis Pranciškus Čerskis, atsikėlęs iš Vilkmergės pavietės). Jonas Stanislovas Pranciškus Čerskis savo pirmąjį vardą gavo savo senelio, Lietuvos kariuomenės rotmistro, atminimui, o savo trečiąjį vardą gavo savo prosenelio, Lietuvos Didžiosios Kunigaikštystės Parnavos (Piarnu, dabar – Estijos Respublika) vaivadijos medininko (medžioklio) ir Lietuvos kariuomenės rotmistro Pranciškaus Čerskio atminimui.

Jonas Stanislovas Pranciškus Čerskis, arba kaip jį įprasta vadinti Jonas Čerskis mokėsi Vilniaus I-oje gimnazijoje ir Bajorų institute. Už dalyvavimą 1863–1864 m. sukilime buvo atiduotas į rekrūtus ir ištremtas į (Omską). Omske išaiškėjo jo gabumai geologijai ir zoologijai, čia jis parašė pirmąjį mokslinį straipsnį apie Omsko apylinkių geologinę struktūrą. Gyvendamas Sibiro tremtyje, trejus savo veiklos metus paskyrė Rytų Sajanų urvams, sugebėjo geologiškai ištirti apie tūkstančio kvadratinių kilometrų plotą. 1871 m. iš kariuomenės paleistas nuvyko į Irkutską jau būdamas savamokslis kraštotyrininkas. Rusijos geografų draugijos Rytų Sibiro skyrius Irkutske jį išugdė mokslininku. Čia jis tapo žymaus geologo ir geografo Aleksandro Čekanovskio padėjėju ir mokiniu. Zoologijos jis mokėsi iš politinio tremtinio, buvusio Varšuvos vyriausiosios mokyklos profesoriaus B. Dibovskio.

1871 m. su bendradarbiu N. Gartungu Irkutske aptiko paleolito epochos meno dirbinių. Tai pirmasis toks radinys Sibire. 1875 m. savo III ekspedicijos metu kompleksiškai ištyrinėjo ir aprašė Nižneudinsko urvą, o po metų, IV ekspedicijos metu – Balagansko urvą, Chamar Dabano kalnagūbrį. Vienoje Bogatyrskajos urvo oloje aptiko senovės žmonių urvų meno pėdsakų – ant skliauto buvo bėgančio elnio piešinys. 1877–1880 m. ištyrė Baikalo ežero krantus, sudarė jo geologinį žemėlapį. 1891 m. dalyvavo ekspedicijoje Indigirkos ir Kolymos paupiais. Kiekvienais metais RGD Sibiro skyriui pateikdavo preliminarias ataskaitas su daugybe reljefo detalių, piešinių, uolienų, mineralų pavyzdžių.

Žymiausias Čerskio mokslinis pasiekimas – mumifikuotos faunos atradimas Nižneudinsko urve. Didžiausia šio atradimo sensacija buvo išnykusių žinduolių naujos rūšies – Nižneudinsko šuns (lot. Cuonnis neudensis) atradimas. Rusijos geografų draugija jį apdovanojo mažaisiais sidabro ir aukso medaliais (1876 ir 1878 m.), auksiniu Litkės medaliu (1886 m.)

Nutraukęs ryšius su Rusijos geografų draugijos Sibiro skyrium 1882 m. dirbo meteorologu steigiamoje Žemutinės Tunguskos stotyje. Po metų grįžo pas gimines netoli Irkutsko. 1885 m. Rusijos Mokslų Akademijos kvietimu pradėjo darbą Peterburgo zoologijos muziejuje. Čia aprašė savo ir kitų ekspedicijos dalyvių surinktą medžiagą. 1891 m. su šeima išvyko į trejų metų ekspediciją tirti Indigirkos, Kolymos ir Janos upų baseinų. Darbas ekspedicijoje palaužė sveikatą ir antraisiais darbo metais jis mirė. Palaidotas Kolymskojės gyvenvietėje, kairiajame Kolymos upės krante, priešais Omolono žiotis.

S. Obručevo siūlymu, per paskutinę Čerskio ekspediciją atrastas kalnagūbris, didesnis už Kaukazą, aukštesnis už Uralo kalnus, buvo pavadintas Čerskio vardu. Jo garbei Jakutijoje pavadintas kalnynas, ir gyvenvietė.

http://lt.wikipedia.org/wiki/Jonas_%C4%8Cerskis

About Jan Stanisław Franciszek Czerski (Polski)

Jan Czerski (1845-1892) – litewski geolog, paleontolog, przyrodnik i badacz Syberii. Wikipedia PL Wikipedia EN


Nota biograficzna Marii Dybowskiej: http://www.polonialife.ca/polacy/polacy-swiatu/czerski-jan/

Artykuł "Badacz świętego morza Syberii" Zbigniewa Wójcika i Moniki Szabłowskiej-Zaremby ("Forum Akademickie" 2006, nr 3): http://forumakademickie.pl/fa/2006/03/badacz-swietego-morza-syberii/

Relacja z wyprawy na jego grób w 2003 r.: http://www.klubprzygody.pl/index.php?strona=news&id=3&dzial=ogolny

Об Иване Дементьевиче Черском (русский)

Ива́н Деме́нтьевич Че́рский (Ян Доминикович Черский, лит. Jonas Stanislovas Pranciškus Čerskis, белор. Ян Дамінікавіч Чэрскі польск. Jan Stanisław Franciszek Czerski) (1845—1892) — литовский исследователь Сибири, географ, геоморфолог, геолог, палеонтолог, участник Литовсково Национально-освободительного восстания 1863 года.

Иван Дементьевич Черский родился 3 (15) мая 1845 в имении Свольно (лит. Svalna) Дриссенского уезда Витебской губернии (ныне Верхнедвинский район Витебской области Республики Беларусь), при крещении получил имя Яна Станислава Франтишка. В возрасте 10 лет потерял отца. По свидетельству Б. Дыбовского, после смерти отца воспитанием Яна и его старшей сёстры Михалины занималась мать. Она обеспечила Яну хорошее домашнее образование, хотя заботилась в основном о «салонном» воспитании — обучении танцам, музыке и пр. По данным В. Ермоленко, перед поступлением в Виленскую гимназию И. Черский владел четырьмя иностранными языками — французским, немецким, английским и латынью, а по данным Национальной библиотеки Белоруссии, он также играл на фортепиано и хорошо рисовал. С 1860 года И. Черский продолжил образование в Правительственном (Шляхетском) институте в Вильно (лит. Vilnius).

Л. Рублевская приводит сведения, что во время восстания 1863 года И. Черский находился в партизанском отряде, возглавляемом непосредственно Кастусём Калиновским, предводителем восстания на территории Белоруссии. В отряде он пробыл лишь около четырёх недель, а затем был взят в плен. Витебским военно-полевым судом он был осуждён на бессрочную рекрутскую службу в Сибири с конфискацией имущества и лишением дворянского звания.

В. Ермоленко сообщает, что по решению трибунала Черскому предстояло служить в Благовещенске, в Амурском линейном батальоне. Но, проходя через Тобольск, И. Черский откупился взяткой в размере пяти золотых монет, которые мать зашила ему в подкладку пальто и которые он хранил «на чёрный день». Черского оставили отбывать службу в Омске, в Западносибирском линейном батальоне.

По пути в Омск И. Черский познакомился с известным естествоиспытателем А. Л. Чекановским, который привил ему интерес к изучению природы и сбору различных коллекций. Благодаря хорошему образованию, Черского в скором времени перевели в офицерское собрание на должность денщика. Теперь он много времени проводит в библиотеке. Знакомится с известными географами Г. Н. Потаниным и А. Ф. Миддендорфом, собирает богатую коллекцию ископаемых раковин.

Б. Дыбовский подробно рассказывает о попытках Черского и иных ссыльных получить разрешение вернуться на родину. Когда в разрешении было отказано, И. Д. Черский предпринимает попытку получить разрешение на поступление в Казанский университет, но также получает отказ.

В связи с обострившейся болезнью сердца в 1869 году И. Д. Черского, дослужившегося до фельдфебеля, признали негодным к военной службе и уволили без права выезда. Ещё два года он жил в Омске, зарабатывал на жизнь уроками музыки, бальных танцев и французского.

В 1871 году Сибирский отдел Русского географического общества, благодаря поддержке Миддендорфа[11], выхлопотал разрешение на переезд И. Д. Черского в Иркутск — «вторую столицу Сибири». В 1878 году И. Д. Черский женился на Мавре Павловне Ивановой, родом из Иркутска. Она стала помощницей в его научных экспедициях.

Лишённому правильной научной подготовки Черскому пришлось самоучкой восполнить пробелы своего образования в крайне неблагоприятных условиях. Уже в Омске, в казармах, он урывками, но страстно и неутомимо, учился, найдя поддержку и руководство в некоторых окружающих. Более систематично пошли научные занятия Черского в Иркутске, благодаря руководству двух выдающихся натуралистов Дыбовского и Чекановского. В изданиях Восточно-Сибирского отделения Императорского русского географического общества, а затем и Академии наук, за время пребывания Черского в Иркутске, помещён ряд самостоятельных работ Черского по геологии Сибири и по остеологии современных и вымерших позвоночных животных Сибири; работы эти поставили Черского в ряды весьма сведущих, опытных остеологов. В 1879 году «за геологические исследования в Иркутской губернии» И. Д. Черский удостоился Малой золотой медали Императорского Русского Географического общества.

С созданием в 1882 Геологического комитета, который взял на себя организацию геологических изысканий на территории Российской империи, И. Д. Черский становится его членом и деятельным участником планирования и осуществления геологических экспедиций и исследований.

Появление наиболее важных трудов Черского относится к петербургскому периоду его деятельности. В 1886 году появился его «Отчёт» о геологическом исследовании береговой полосы озера Байкал, с детальной геологической картой; в 1888 году — геологическое исследование Сибирского почтового тракта от озера Байкал до восточного склона Урала, а в 1891 году — объёмистое «Описание коллекций послетретичных млекопитающих, собранных Ново-Сибирской экспедицией», представляющее полную остеологическую монографию остатков послетретичных млекопитающих не только Новосибирских островов, но и всей Сибири.

Основные экспедиции

   1873 — Географо-геологические исследования в Тункинском и Китойском хребтах Восточного Саяна.
   1874 — Вулканологические исследования в Тункинской котловине.
   1875 — Сплав по реке Иркут, геологическое изучение Восточного Саяна.
   1875 — Исследование Нижнеудинских пещер.
   1877—1881 — Геологическое, геоморфологическое и гидрологическое исследование всех берегов озера Байкал.
   1881 — Геологическая экспедиция по долине реки Селенги.
   1885 — Геологическое изучение Сибирского почтового тракта от озера Байкал до Уральского хребта
   1891—1892 — Исследование берегов рек Лена, Колыма, Индигирка, Яна для комплексного изучения неисследованных областей Северо-Восточной Сибири.

Иван Дементьевич Черский скончался от туберкулёза 25 июня (7 июля) 1892 года, во время экспедиции в Северо-Восточную Сибирь. Похоронен на берегу р. Колымы, в урочище Омолон, в 30 километрах ниже р. Прорвы. В 1943 году на могиле был установлен памятник с надписью: «Выдающемуся исследователю Сибири, Колымы, Индигирки и Яны, геологу, географу Ивану Дементьевичу Черскому от благодарных потомков».

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A7%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9,_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD_%D0%94%D0%B5%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%8C%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87


Труды Ивана Дементьевича Черского посвящены исследованию Сибири. Вместе с А. Л. Чекановским он выполнил важнейшие работы по изучению рельефа и геологического строения значительной части этой обширной страны. А. Л. Чекановский составил первую геологическую карту южной части Иркутской губернии и выполнил смелые экспедиции по рекам Нижней Тунгуске, Лене и Оленеку. И. Д. Черский обследовал берега озера Байкал на всём их протяжении, изучил часть бассейна р. Селенги, почтовый тракт от Иркутска до Урала, описал обширную коллекцию четвертичных млекопитающих с островов Новой Сибири и начал большую экспедицию от г. Якутска через хребты в верховьях р. Индигирки на р. Колыму, во время которой он погиб. Оба исследователя положили начало нашим современным знаниям по геологии Восточной Сибири, и на результатах их работ основывались все более подробные исследования позднейшего времени.

Иван Дементьевич Черский родился 15 мая 1845 г. в родовом имении Дриссенского уезда Виленской губернии, учился в Виленской гимназии, а затем в Виленском дворянском институте. В последний год пребывания в институте, когда его уже ожидала спокойная, обеспеченная жизнь сельского хозяина, началось польское восстание 1863 г. Оно увлекло 18-летнего юношу. Схваченный среди повстанцев, он был осуждён в ссылку с зачислением рядовым в 1-й Западно-Сибирский линейный батальон в г. Омске.

Пять лет Иван Дементьевич Черский провёл в тяжёлых условиях казарменной жизни простого солдата того времени, ходил в караулы, стоял на часах, но, несмотря на это, начал заниматься научными исследованиями. В Омске он нашёл земляка В. И. Квятковского, который снабжал его книгами. Он познакомился также с известным русским путешественником Г. Н. Потаниным, только что вернувшимся из экспедиции в Южный Алтай и Тарбагатай. Потанин указал ему лучшие из известных в то время руководств по естествознанию, в частности по геологии, к которой И. Д. Черский проявил особую склонность. Г. Н. Потанин руководил его занятиями. По его указанию он изучил окрестности города в геологическом отношении и собрал материал для первой своей научной работы.

В 1869 г. И. Д. Черский по болезни был уволен от военной службы, но прожил в Омске ещё два года, перебиваясь уроками. Он посещал городскую больницу, в которой занимался практической анатомией.

В конце 1871 г. И. Д. Черский получил разрешение переселиться в Иркутск, куда его манила возможность работать в Сибирском отделе Географического общества. Здесь он встретился с двумя другими ссыльными, участниками восстания - зоологом Дыбовским и геологом Чекановским, которые очень помогли ему в научных занятиях. А. Л. Чекановский производил уже по поручению Сибирского отдела геологическое исследование на юге Иркутской губернии, а Дыбовский начал изучение фауны озера Байкал. И. Д. Черский принялся за приведение в порядок коллекции костей ископаемых животных в музее Отдела и занялся также изучением зубной системы современных млекопитающих. То и другое дало ему материал для ряда научных статей, напечатанных в "Известиях" Отдела в 1872-1876 гг. Кроме того, он начал и полевые исследования в окрестностях Иркутска для сбора ископаемой фауны, позже посетил Китайские и Тункинские альпы, выяснил их связь с Саяном, подробно изучил пещеру на р. Уде в предгориях Саяна у г. Нижнеудинска, где собрал богатую фауну вымерших четвертичных животных, которую подробно описал. Он разобрал также вопрос о путях проникновения тюленя из Ледовитого океана в озеро Байкал и вопрос о возрасте пород, развитых в Иркутской губернии, а также обследовал ущелистую часть долины р. Иркута от Торской думы до устья.

Все эти исследования подготовили И. Д. Черского для более серьёзной работы, порученной ему Сибирским отделом, именно подробного изучения береговой полосы озера Байкал. Это озеро привлекало внимание натуралистов уже во второй половине XVIII в. своими размерами, огромной глубиной и оригинальной фауной и флорой с наличием тюленя, характерного для полярных морей, кремнёвой губки, а также землетрясениями и густой нефтью, выбрасываемой волнами. Первое изучение берегов Байкала выполнил в XVIII в. академик Георги, но его карта берегов столетней давности, конечно, была очень несовершенна и требовала переделки. Четыре года, 1877-1880, И. Д. Черский с весны до поздней осени занимался изучением береговой полосы Байкала на скудные средства, которые смог ему отпустить Сибирский отдел. Он плыл на лодке с 2-3 гребцами вдоль берега, изучал береговые утёсы с лодки, если они обрывались в воду, или пешком, если они не доходили до воды. Ночевали в палатке на берегу, питались, главным образом, сухарями и рыбой, которую ловили на ночлегах. В бурную погоду приходилось вытаскивать лодку на берег и выжидать; в такие дни И. Д. Черский вместе с одним из гребцов совершал пешие экскурсии в глубь береговых гор по долинам ручьёв или сухим падям, иногда за 10-15 километров от берега, чтобы лучше изучить их геологическое строение. Вернувшись на зиму в Иркутск, он обрабатывал записи дневников и собранные коллекции горных пород и составлял подробный отчёт о летней работе, в котором описывал состав и строение береговой полосы и часто рассматривал связанные с ним третичные вопросы геологии. Поэтому его годовые отчёты содержат много интересных данных и до сих пор не утратили своего значения.

Закончив это исследование, И. Д. Черский в 1881 г. выполнил большую поездку по южной части Западного Забайкалья в бассейне р. Селенги от р. Кики на севере до монгольской границы на юге, чтобы непосредственно ознакомиться с высоким плоскогорием Восточной Азии, наличие которого перед тем установил П. А. Кропоткин. Эта поездка также описана им в подробном отчёте, содержащем много поучительных данных и сопоставлений.

В 1882 г. И. Д. Черский уехал на целый год в с. Преображенское на р. Нижней Тунгуске, где вёл метеорологические наблюдения и обследовал долину верхнего течения этой реки, собрал остатки четвертичной фауны и первобытного человека. Путь от Иркутска до этого места и наблюдения в нём он также описал в большом отчёте.

В Иркутске И. Д. Черский жил очень скромно, на маленькое вознаграждение, которое получал как хранитель музея. Но в 1879 г. огромный пожар в городе уничтожил здание Сибирского отдела с его музеем и библиотекой, и некоторое время И. Д. Черскому пришлось существовать на заработок приказчика в мелочной лавке. При пожаре сгорели и все собранные им до этого года коллекции. Поэтому И. Д. Черский смог окончательно обработать и составить полный отчёт об исследовании береговой полосы озера Байкал только по наблюдениям и сборам последних двух лет, касавшимся восточного берега этого озера. Полный отчёт был напечатан Сибирским отделом в 1886 г. Но И. Д. Черский подготовил также подробную геологическую карту береговой полосы озера в масштабе 10 вёрст в 1 дюйме на 2 листах с общей объяснительной запиской, которая была издана в 1886 г. Географическим и Минералогическим обществами.

В 1885 г. И. Д. Черский получил от Академии наук, обратившей внимание на крупные научные результаты его исследований, поручение произвести геологическое исследование вдоль всего сибирского почтового тракта от Иркутска до Урала. Он выполнил задание за лето, сделав ещё боковые экскурсии от тракта на север до Падунского порога на р. Ангаре и на юг до г. Минусинска. Описание этого исследования напечатано в "Записках Академии наук". Им была установлена связь геологических данных между Уралом и берегами озера Байкал по новым наблюдениям впервые после работ больших экспедиций XVIII в.

Почти семь лет (1885-1892 гг.) И. Д. Черский прожил в Петербурге, работая в музее Академии наук. Он закончил очерк по геологии берегов Байкала и на основании всех сибирских наблюдений сделал в Обществе естествоиспытателей доклад о тектонике (геологическом строении) горной страны, входящей в состав северо-западной окраины внутренней Азии. Этот доклад, небольшой по объёму, но очень ценный по содержанию, намечает основные черты строения южной части Сибири, принятые позже и развитые дальше знаменитым австрийским геологом Зюссом в его "Лике Земли". По поручению Географического общества И. Д. Черский составил два тома дополнений к т. V "Азии" Риттера, касавшемуся Прибайкалья, Байкала, Саяна и Забайкалья. В эти дополнения он включил и свои наблюдения в Саяне и Прибайкалье, частью ещё нигде не опубликованные. По поручению того же Общества он обработал материалы, собранные А. Л. Чекановским во время экспедиции по р. Нижней Тунгуске, и приготовил этот труд к печати.

В музее Академии наук ему были поручены обработка и описание обширных сборов костей четвертичных млекопитающих, собранных в 1885-1886 гг. экспедицией Бунге и Толля на севере Якутской области и островах Новосибирского архипелага. И. Д. Черский изучил нe только эту коллекцию, но и все остальные по четвертичной фауне, имевшиеся в музеях Академии, Геологического комитета, Горного института и университетов Петербурга и Москвы. Описание их составило большой том "Записок Академии наук", в котором И. Д. Черский подытожил также все свои литературные данные о четвертичных отложениях всей Сибири и дал новое деление их, описал условия жизни исчезнувшей фауны на севере и на полярных островах. Этот большой труд о геологической истории севера Сибири в четвертичное время побудил Академию наук снарядить новую экспедицию в эту малоизвестную область под руководством И. Д. Черского.

Всех знавших состояние здоровья И. Д. Черского это предложение обеспокоило. Приходилось опасаться, что он не выдержит чрезвычайно трудных условий экспедиции в далёкую Якутскую область с её суровым климатом. Но сам И. Д. Черский говорил об этом путешествии с таким увлечением и с таким юношеским пылом стремился к исследовательской работе на окраине Сибири, к новым научным задачам, что никто не решился серьёзно предупреждать его об опасности этого решения.

Весной 1891 г. И. Д. Черский вместе с женой выехал из Петербурга. В конце мая он был в Иркутске, где посетил автора этих строк, бывшего в то время геологом Горного управления, единственным штатным геологом Сибири, продолжавшим работы в Прибайкалье и Байкальском нагорье. И. Д. Черский произвёл на меня впечатление учёного-энтузиаста. Наш разговор, естественно, коснулся вопроса о прежнем оледенении Сибири, возможность которого он отрицал, основываясь на современном сухом континентальном климате, не допускающем большого накопления снега. Ясные признаки оледенения, обнаруженные Кропоткиным в Ленском золотоносном районе, он старался объяснить другими природными силами или ошибками неопытного наблюдателя, а такие же признаки в горах Саяна, которые он также сам видел, - существованием местных небольших ледников. Говоря с увлечением о задачах своей экспедиции в Якутскую область, он надеялся, что там найдутся доказательства невозможности прежнего сильного оледенения даже под полярным кругом.

Первые донесения И. Д. Черского из Якутска и Верхнеколымска, полученные Академией наук, были проникнуты бодрым духом и содержали очень интересные данные о высоких хребтах, которые он открыл между верховьями рек Индигирки и Колымы, и о ясных, вопреки его ожиданиям, следах прежнего оледенения в виде конечных морен на дне долин. В них были также интересные сведения о жизни и обычаях местного населения, о ценах на привозные продукты - сахар, муку, свечи, мыло - и в связи с этим о скудном продовольствии экспедиции. За время зимовки в Верхнеколымске в очень тяжёлой обстановке И. Д. Черский написал подробный отчёт о результатах путешествия от Якутска с характеристикой рельефа и строения четырёх хребтов, пересечённых им на этом пути, с приложением маршрутной съёмки, поперечных разрезов и исправленной карты местности.

Этот длинный и трудный маршрут из Якутска до Верхнеколымска подорвал слабые силы И. Д. Черского, а зимовка при суровом климате с длительными морозами в 40-55° в обстановке якутской юрты окончательно расстроила его здоровье и вызвала тяжёлую лёгочную болезнь. Предвидя, что ему не удастся закончить экспедицию, И. Д. Черский, преодолевая болезнь, привёл в порядок собранные коллекции для отправки их в Академию и составил подробные отчёты, упомянутые выше. Он предчувствовал, что дни его сочтены, и сделал уже в Верхнеколымске распоряжения относительно продолжения экспедиции после его смерти и судьбы его жены и сына, 12-летнего мальчика, которые его сопровождали. Эти распоряжения он изложил письменно и оставил их священнику В. И. Сучковскому в Верхнеколымске, а сам выехал 31 мая 1892 г. вниз по р. Колыме на карбазе (большой лодке с каютой), чтобы выполнить программу экспедиции как можно полнее. Он совершенно не щадил себя и проводил целые дни и светлые полярные ночи на узком сидении в носовой части карбаза, чтобы вести беспрерывные наблюдения над характером берегов реки. Только во время стоянок он переходил в каюту, где тяжёлый кашель позволял ему уснуть лишь в сидячем положении и с перерывами. В. И. Сучковский, посетивший И. Д. Черского 3 июня на стоянке в Сиен-Томахе, говорил, что худое, как щепка, тело, жёлтый цвет лица с землистым оттенком и дрожащие руки свидетельствовали, что дни его сочтены. Тем не менее он был бодр, спокойно говорил о близкой смерти, интересовался жизнью населения края и говорил, что несчастные туземцы (якуты и ламуты) страдают от всякого рода кулаков гораздо больше, чем от суровых условий страны. Он скорбел только о том, что экспедиция, на которую Академия наук затратила так много денег, не будет закончена, но непременно хотел довести свои исследования хотя бы до Нижнеколымска.

10 июня 1892 г. экспедиция прибыла в Среднеколымск, где пробыла три дня, которые И. Д. Черский провёл в каюте не вставая; горловые спазмы не позволяли ему уже говорить. На дальнейшем пути наблюдения вела его жена, а он заносил их в дневник. С 20 июня он не мог делать и этого, поручив работу своему сыну, а сам оставался в каюте в сидячем положении: спазмы не позволяли ему лежать.

7 июля 1892 г. вечером, близ устья р. Прорвы, И. Д. Черский скончался. Он был похоронен на берегу р. Колымы, в урочище Омолон, в 30 километрах ниже Прорвы, где 3 дня пришлось копать могилу в вечномёрзлой почве. Сообщение священника В. И. Сучковского о последних днях И. Д. Черского, напечатанное в "Записках Академии наук", показывает самоотверженность этого учёного, служившего до последних сил науке и на краю могилы заботившегося лишь о сохранности собранных наблюдений.

Наблюдения И. Д. Черского были позже использованы при новых более подробных исследованиях в Якутской области, а его имя присвоено, по постановлению Географического общества, горной системе ряда высоких хребтов, образующих большую дугу севернее хребта Верхоянского, пересекающую реки Индигирку и Колыму, три цепи которой были впервые открыты и изучены им на маршруте между этими реками.

Среди научных трудов И. Д. Черского наибольшее значение имеют его исследования на берегах озера Байкал и в горах Прибайкалья, положившие начало нашим современным знаниям о строении этой высокогорной части Сибири, сложенной из древнейших слоистокристаллических и метаморфических пород докембрия с их обширными интрузиями и из отложений древнего палеозоя. Составленная им подробная зоологическая карта береговой полосы озера Байкал до сих пор остаётся единственной и не заменена более новой и совершенной (хотя отчасти она, конечно, устарела). Велико значение большого труда И. Д. Черского, содержащего описание фауны четвертичных млекопитающих Сибири и характеристику отложений этого периода. Его наблюдения в Околобайкалье и на высоком плоскогорье Забайкалья, соображения о тектонике последнего и его северо-западного окаймления положили основу нашим современным знаниям об этой области, из которой исходили все дальнейшие более подробные исследования новейшего времени.

Главнейшие труды И. Д. Черского: Отчёт об исследовании Нижнеудинской пещеры, "Известия Вост.-Сиб. отд. Рус. Геогр. общ.", Иркутск, 1876, т. VII, № 2-3; Геологическая экскурсия на высокое плоскогорие и берег Байкала между устьями pp. Селенги и Кики, там же, 1882, , т. XIII, № 1-2; Естественно-исторические наблюдения и заметки, деланные на пути от г. Иркутска до с. Преображенского на р. Нижней Тунгуске, там же, 1885, т. XVI, № 1-3; Отчёт о геологическом исследовании береговой полосы озера Байкал, часть 1. "Записки Вост.-Сиб. отд. Рус. Геогр. общ.", Иркутск, 1886, т. XII; О результатах исследования озера Байкал, "Записки Рус. Геогр. общ. по общей географии", Спб., 1886, т. XV, № 3; О тектонике горной страны, входящей в состав северо-западной окраины внутренней Азии. "Труды общества естествоиспытателей", Спб., 1886, т. XVII, в. 2; Геологическое исследование Сибирского почтового тракта от озера Байкал до восточного склона Урала, а также путей, ведущих к Падунскому порогу на р. Ангаре и в г. Минусинск, "Записки Академии наук", Спб., 1888, т. LIX, прил. № 2; Описание коллекции после-третичных млекопитающих животных, собранных Ново-Сибирской экспедицией 1885-1880 гг., там же, 1891 г., т. LXV, прил. № 1; Предварительный отчёт об исследованиях в области рек Колымы, Индигирки и Яны, там же, 1893, т. LXXVI, прил. № 5.

О И. Д. Черском:Ядриннев Н., Памяти И. Д. Черского, "Русские ведомости", 1892, № 248 от 8 сентября; Плеске Ф. Д., Иван Дементьевич Черский (некролог), "Записки Академии наук", Спб., 1893, т. XXI; О последних днях путешественника по Сибири Ив. Дем. Черского, там же, 1893, т. XXII, кн. 1; Чернышев Ф. и Никитине, Иван Дементьевич Черский (некролог и список сочинений), "Известия Геологического комитета", 1892, № 9-10; Обручев В., И. Д. Черский (некролог), "Известия Вост.-Сиб. отд. Рус. Геогр. общ.", Иркутск, 1892, т. XXIII, № 3.


«В Национальном архиве Республики Беларусь сохранились выписки из метрических книг костёлов Себежско-Дриссенского деканата за 1845 год. Запись 6 мая 1845 года Забельского костёла рассказывает о крещении сына Доминика и Ксении Черских – Яна Станислава Франтишка… Мальчик родился слабеньким. Поэтому его крестили не в костёле, а дома в имении Сволна. Обряд крещения провёл ксендз Эразм Бобровский. Крестными были Катерина Снарская и судья Тадеуш Длужский. Повторное крещение и запись были сделаны 4 августа 1845 года. Обряд также проводился в имении Сволна».

view all

Jan Stanislaus Francis Cherski's Timeline

1845
May 3, 1845
Vitebsk governorate, Lithuania, Russian Empire
May 6, 1845
Себежско-Дриссенского деканат, Vitebsk governorate, Lithuania, Russian Empire

Kūdikis gimė labai silpnas. Todėl krikšto sakramentai buvo suteikti gimtuose namuose, Svalnos dvare.

Владимер Пашкевич пишет: «В Национальном архиве Республики Беларусь сохранились выписки из метрических книг костёлов Себежско-Дриссенского деканата за 1845 год. Запись 6 мая 1845 года Забельского костёла рассказывает о крещении сына Доминика и Ксении Черских – Яна Станислава Франтишка… Мальчик родился слабеньким. Поэтому его крестили не в костёле, а дома в имении Сволна. Обряд крещения провёл ксендз Эразм Бобровский. Крестными были Катерина Снарская и судья Тадеуш Длужский. Повторное крещение и запись были сделаны 4 августа 1845 года. Обряд также проводился в имении Сволна». http://www.pribaikal.ru/belorus-item/article/2457.html

1879
1879
Irkutsk, Russian Empire
1881
October 1881
1892
June 25, 1892
Age 47
Якутия, Russian Federation
July 1, 1892
Age 47
Нижнеколымском район, Якутия, Russian Federation